Слово о  Вере

Зачем нам во что-то верить, и не лучше ли обойтись без этого?

Очень давно, когда я ещё был студентом первого курса одного технического ВУЗа, мне пришла мысль составить карту «духовных маршрутов», по которой можно было бы диагностировать мировоззрение человека. Построить эдакую схему – ветвящееся дерево вопросов, предусматривающих только ответы «да» и «нет». Ну да, а какая ещё мысль могла прийти в голову студенту Института Электронной Техники? Но у меня возникла проблема: а с чего начать строить это дерево? Что будет служить исходной точкой? Каким должен быть самый первый вопрос, из которого следуют все остальные?

Я долго ломал голову, чертил таблицы, рисовал схемы и вот однажды, когда я ехал в автобусе, прислонившись к покрытому изморозью окну, я всё понял. Я понял, что мир, который мы воспринимаем, может быть иллюзией. А может и не быть. Это и есть первая проблема, которая встаёт перед человеком: реально ли то, что вокруг него? Реален ли он сам?

Позже я узнал такие слова как «майя», «виртуальность». Ещё позже я прочитал «Сумму Технологии» Станислава Лема с его «Фантомологией». Замечу, что просветление произошло со мной лет за семь до выхода «Матрицы» - этого хита философского ликбеза и популяризаторства, который Сергей Голубицкий назвал не иначе как: убогое переложение поверхностных идей солипсизма в стиле заслюнявленного комикса из уборной на заправочной станции в Нью-Мексико по дороге из Тукумкари в Альбукерке.

Итак, самый первый вопрос, на который должен ответить человек на пути к себе и к Богу будет выглядеть так: «Существует ли реальность?». Не «Кто я такой?» или «В чём смысл жизни?», или «Есть ли Бог и жизнь вечная?». Нет, это всё тоже важные вопросы, но сначала надо определиться с главным: существует ли что-нибудь вообще?

Так вот, на этот вопрос нельзя ответить, основываясь на ощущениях или логических аргументах. Поколения философов изощрялись, пытаясь доказать или хотя бы убедить самих себя, что реальность существует на самом деле – или же что её не существует. Обе точки зрения оказываются одинаково убедительными.

Нет никаких оснований полагать, что окружающий мир – не иллюзия. Потому что наш опыт показывает нам, что иллюзией может быть всё. Даже самый распространённый обывательский аргумент против солипсизма – «воткни себе в зад иголку, и ты убедишься, что она реальна» -опровергается обычным медицинским опытом: бывают ведь фантомные боли, и они так же неприятны, как и боль реальная. Тем более всё остальное может быть таким же фантомом, мороком, обманом.

Что же всё-таки даёт нам возможность воспринимать мир, как реальность? Вера. Мы верим, что мир существует, и что мы живём в нём на самом деле. Эта вера ни на чём не основана. Она либо есть, либо нет.

В таком случае, что происходит с человеком, у которого истощается эта ни на чём не основанная вера в реальность реального? Простая вещь: он перестаёт верить не только в неё, но и ей самой. Человек перестаёт верить тому, что ему «говорят и показывают». А поскольку в такой обстановке жить невозможно, возникает желание сменить обстановку. То есть прекратить все отношения с этим лживым миром, не иметь с ним ничего общего. Проще говоря, умереть.

Существует такая грустная наука: суицидология, изучающая причины самоубийств и психологию самоубийцы. Так вот, собранные за немалое время данные показывают: самоубийства, как правило, случаются отнюдь не из-за физических или психологических страданий. Человек – живучее существо, он может вынести ужасные вещи. Однако, одного он вынести всё-таки не может: чувства неподлинности окружающего мира. Стремление к самоубийству начинается с недоверия. Человек постепенно перестаёт доверять миру: родственникам, знакомым, собственным глазам и собственному разуму. Всё кажется ему фальшивым, неподлинным – и оттого безрадостным и отвратительным. Поэтому, кстати, многие самоубийцы, пытаясь удержаться от последнего шага, добровольно причиняют себе сильную боль. Боль – это последнее, чему они ещё доверяют… Если же перестаёт казаться убедительным даже это, остаётся верёвка, пуля или крыша высотного дома. Или, как вариант – бутылка, шприц, и прочие орудия ухода из одной иллюзии в другую. «Реальность есть галлюцинация, вызываемся недостаточным содержанием алкоголя в крови» - в этой мрачной шутке только доля шутки.

Итак, наша жизнь напрямую зависит от нашей способности верить. Именно эта вера – а вовсе не «страх смерти» или «инстинкт самосохранения» - каждую секунду удерживает нас от гибели. И не только нас, но и наших ближних. Мир реален – и поэтому мы не гуляем по автострадам в час пик. Мир реален – и поэтому мы не убиваем соседей, мешающих спать. Мир реален – и поэтому мы работаем, учимся, заводим семью и детей. Ибо сомнение в реальности чего бы то ни было тут же вызывает только одно желание – уйти от этого сомнительного куда-нибудь подальше.

Вера предшествует всему, и вне веры, не существует ничего. Любое понятие, любая мысль, даже любое чувство опирается на это «верю - не верю». Сама способность верить, иметь убеждения и принципы – есть необходимое условие существования всего.

В Благой Вере это качество бессмертной души имеет своё название - Daena. Человек, лишённый веры – это не человек. Отнюдь не все существа, не имеющие веры уходят из этого мира. Часть их остаётся чтобы нести смерть и разрушение. Эти люди - големы, видимость человека. В русском языке есть такое слово «Нежить». Очень точное слово. Ибо жизнь - это вера. В Благоверии такие существа называются дэвы. Дэв может имитировать веру, но всегда эта имитация будет направлена против жизни. Манихейство и гностицизм, эзотеризм и теософия вот примеры дэвопоклонения.

А потому: вечером, когда вы будете лежать с закрытыми глазами в своей постели бросьте камешек в колодец своей души. Спросите себя: «Способен ли я верить?» Способны ли вы поверить в то, что вы способны верить?

Окончено в здравии, радости и спокойствии.